Попытка сравнить литературные достоинства оригинальной сказки Коллоди с толстовской версией, которую мы знаем по книге о Буратино, почти наверняка закончится победой Толстого. И даже если вы возьмёте самый лучший перевод с итальянского на русский, ситуация вряд ли изменится. Просто Толстой создал настоящий детский блокбастер, тогда как Коллоди в непростые для Италии времена слишком сильно налегал на нравоучения, которые сегодня воспринимаются уже не так хорошо.

А Иванов-Вано почти 60 лет назад сумел превратить «Приключения Буратино» в мультфильм, вполне способный конкурировать с диснеевскими шедеврами. Уже одного этого достаточно, чтобы посмотреть его час не только ради развлечения, но и ради попытки разгадать несколько советских загадок.

Потому что здесь, как обычно, дьявол прячется в деталях. Одна из лучших экранизаций знаменитой сказки появилась на свет в годы «оттепели», и не почувствовать тот особый подъём духа, который был свойственен этому времени и который потом уже никто не смог повторить, практически невозможно.

Буратино у Толстого и в мультфильме — креативный шалун, непоседа, вечный искатель приключений и изобретатель собственных смыслов. У Коллоди такого героя не было. Диснеевский персонаж, напротив, мучительно взрослеет и мечтает превратиться из деревянного мальчика в настоящего человека. А Буратино в этой версии подобной кукольной мистикой вообще не заморачивается.

Как и в книге Толстого, он хочет приодеть папу Карло, а стать умненьким-разумненьким — скорее сопутствующая задача. Но главным для него становится другое: выручить друзей из беды и наказать того, кто их обидел.

И Коллоди, и Дисней выводили своего героя из мира неудачников хотя бы на какой-то приличный уровень. Диснеевский Пиноккио в итоге становится кем-то вроде self-made man. А Толстой сделал из Буратино уже готового победителя — бойца и борца за то, что ему действительно интересно.

Есть здесь и довольно грустная мысль, которую, кажется, особенно хорошо подсказал именно Толстой: интересно быть открывателем тайн, первопроходцем во тьме, человеком, который первым заглядывает туда, куда остальные боятся смотреть. Так и появляется светлое будущее в виде механического театра.

Он совсем как настоящий мир — только на пружинках, с шестерёнками и заводным механизмом.

Мультфильм и сегодня отлично работает на современных детях, но взрослых заставляет задуматься уже совсем о другом. Например, о том, сколько всего мы успели открыть и изобрести за последний век — и куда всё это нас в итоге привело.

9 из 10